Джастас Уолкер и его юрты на Алтае

Джастас Уолкер и его юрты на Алтае yurty-mira.ru
Джастас Уолкер и его юрты на Алтае

Веселый молочник Джастас Уолкер обосновался на Алтае

Пока соотечественники американца Джастаса Уолкера делали свой гражданский выбор, он тоже выбрал свой путь, обосновавшись на Алтае на долгую счастливую жизнь с женой и тремя дочками.

«4 – мало, 10 – много»

Для тех, кто еще не знает. Веселый молочник, как прозвали россияне Джастаса Уолкера за его лаконичные остроумные ролики в Интернете, переехал на Алтай меньше месяца назад из Красноярского края. Там он разводил молочный скот, занимался переработкой молока и был бы вполне доволен своей фермерской жизнью, если бы не разыгралась астма, которой парень страдает с детства. Врачи посоветовали сменить климат на предгорный, и Уолкеры, наслышанные о красотах нашего региона, поехали присматривать себе место под алтайским солнцем. Договорились сразу: остановятся там, где понравится всем – и папе, и маме, и девочкам. Да и как по-другому? Бизнес-то собираются открывать семейный.

Увлекающаяся живописью Ребекка, увидев окрестности Солонешного, призналась, что не смогла бы лучше ни придумать, ни нарисовать. Понравилось и их дочерям, рожденным в Сибири, – Тирзе, Адаре и Кирстен. Дело решил тот факт, что Алтайский край находится на одной широте с родным Джастасу Айдахо. Тот же ландшафт предгорья.

В разговоре наш новый знакомый то и дело переходит с английского на русский. В доме такое правило: в семье дети общаются на родном языке, а выходя во внешнюю среду, осваивают русский, как в свое время учили Джастаса его родители-миссионеры Дэвид и Джун, долго работавшие в России.

Своего сына они привезли в Сибирь в 1994 году, когда ему было 11 лет. Мальчик во все глаза смотрел на постперестроечную страну и не понимал, какой смерч пронесся по пустым прилавкам, кто поставил в злые длинные очереди жителей этой огромной страны.

Старшие, Тирза с Адарой, бойко лопочут на смешном англо-русском «диалекте», годовалая Кирстен пока не умеет говорить.

– Дочки еще маленькие, я не форсирую их выход в «большой мир», – объясняет суть программы домашнего обучения Джастас. – Мы с Ребеккой за них спокойны, потому что невозможно не выучить язык, живя в стране. Главное, чтобы у ребенка был стержень, чтобы не забывал своих корней.

Читайте так же:  Внутреннее убранство юрты

Детей у Уолкеров пока трое. Ребекка говорит, что хотят родить еще троих. А на вопрос, почему супруги остановились именно на таком количестве деток, отвечает просто и по-женски логично: «Дай бог. Муж считает, что четыре – это мало, а десять – много, вот и выбрали что-то среднее».

Русско-мексиканское

Там, на кухне, я узнала их лавстори. С 14 лет у Джастаса была мечта – поступить в университет в штате Индиана. Он уже выбрал факультет, связанный с IT, успешно прошел тесты и даже место в общежитии кампуса застолбил. А потом, как принято в семье, пошел в церковь попросить благословения у Господа. И вдруг явственно понял, что уготован ему другой путь. Когда в начале двухтысячных родители Джастаса вернулись в США, он остался в Красноярском крае, в Осиновом Мысе. Жену искал долго, поначалу среди местных. Хотел, чтобы любимая разделяла его взгляды на веру, семью, сельскую жизнь. Но знакомые девушки от села нос воротили. А когда присмотрелся к волонтеру детского приюта по соседству Ребекке, подруге сестры, оказалось, что весь его жениховский «райдер» сосредоточен в ней одной. Так в Сибири он умудрился жениться на соотечественнице.

Сноровисто, круг за кругом, американка укладывает манты в мантоварку и заваривает гостям чай в больших кружках, ну совершенно по-нашему, по-сибирски. Навыкам таким просит не удивляться:

– Я же сельская, выросла на ферме, хоть и в Америке. Потому и в России чувствую себя как дома. Мы женаты с Джастасом
уже восемь лет, было время привыкнуть. Любим русско-мексиканскую кухню, благо с продуктами проблем нет. Острый суп чили с фасолью, например, очень хорош, когда за окном холод и снег. Или манты, как сегодня.

Джастас Уолкер и его юрты на Алтае

– А кто тебя научил так классно их лепить?

– Они магазинные, – хохочет Ребекка. – Мы здесь покупаем продукты местных производителей, они как домашние. Я умею делать и манты, и пельмени, но с тремя малышками времени на это нет. А если и выпадает свободная минутка, лучше почитаю.

Читайте так же:  Особенности адайских юрт Мангыстау Казахстан

Фермерские гарантии

На территории Степного сельсовета Солонешенского района Джастас приобрел 100 гектаров земли, на которой сейчас идет строительство. Возводятся юрты в современном комфортабельном варианте, одна – для Уолкеров, вторая – для друзей, третья – гостям. Часть участка, по прикидкам фермера, пойдет под пастбище для баранов и коз, часть – под кормовые культуры. На днях Джастас купил в Степном квартиру, где вскоре пропишет семью. А пока идет стройка, американцев приютил в Солонешном их русский друг Виталий.

В Красноярске Уолкеры выпускали линейку молочной продукции: от сливок и творога до классики мягких сыров – феты, моцареллы, рикотты. Здесь собираются пополнить ее твердыми сырными сортами. А пока, покупая в супермаркете то, что помечено значком «Сделано на Алтае», Джастас оценивает достоинства продукции будущих конкурентов. Он уверен, что масс-маркет уступает фермерским аналогам, а потому мелкотоварные фермеры – серьезные конкуренты крупным агрохолдингам. Собственно, этот тезис придает американцу оптимизма и вообще объясняет, зачем ему все это надо.

– Россия – одна из немногих промышленно развитых стран мира, где еще свободна ниша фермеров-частников, производящих натуральное питание. Свою продукцию они могут противопоставить «химическому» массовому производству мяса, сыра и т. д. Закон к ним лоялен в отличие от США, где законодатель более тяготеет к крупным производственным компаниям. Я иду сюда, потому что мелкотоварное производство эффективно. Мой личный опыт тому подтверждение. Глупости говорят люди, считающие, что век мелкотоварного производства ушел и надо создавать крупное хозяйство, чтобы выжить. Фермерство умрет, только если от него отвернется закон. Другой вопрос, что санкции мешают работать в условиях рынка. Мы ведь должны просчитывать рентабельность, цены, конкуренцию, сравнивать себя с другими его участниками. Совет, который я всегда даю своим друзьям: «Жмите руку, которая вас кормит». Вы знаете, где и как живет этот человек, из чего делает свои продукты. Это и есть гарантии качества.

Собственно, село потому и стало его выбором. Здесь у каждого – свое имя, лицо. Здесь невозможно остаться анонимным. А потому и за деяния свои люди отвечают перед земляками личной репутацией. Прав ведь американец! Хочешь оставаться личностью – работай в селе, желаешь раствориться в массе себе подобных – езжай в город.

Читайте так же:  Юрточный город в Тайге

«Мне нравится»

Он уже наслышан про «Алтай – место силы», но и на этот счет имеет свое мнение: «Сила – от людей. Любовь, добро, взаимоуважение – вот настоящая сила. Думаю, ее здесь хватает». Местные, по словам Уолкеров, относятся к ним пока с вежливо-осторожным интересом. Впрочем, таково традиционное отношение коренных жителей к пришлым людям. С ним Джастас уже знаком и считает эти устои сельского общества правильными. Люди ведь должны узнать сначала, с чем ты к ним пожаловал. Назвался груздем – полезай в кузовок. Собрался реализовать свой шестилетний бизнес-план создания сельскохозяйственного кооператива – старайся. Тем более слава о сырах Уолкеров от Красноярского края до Алтая уже дошла.

– Джастас, а ты не обижаешься на сибиряков за прозвище, которое получил, видимо, навсегда?

– Веселый молочник? Мне даже нравится.

В день, когда журналисты «АП» приехали к Уолкерам, американцы выбрали себе в президенты Дональда Трампа. Джастас, гражданин США, в этом выборном цикле принципиально не отправил свой заполненный бюллетень в посольство своей страны, поскольку там нет графы «Против всех». И все же выбранную персону он считает предпочтительнее, нежели Хиллари Клинтон, продолжательница курса Обамы. Нашему новоиспеченному земляку не нравится их отношение к России, не нужна «холодная война». Сейчас, он уверен, у двух стран появился хороший шанс. А значит, и для семьи Уолкер тоже. Как только Россия и США договорятся о возможности оформления двойного гражданства, Джастас и Ребекка сменят на российский паспорт свой нынешний вид на жительство.

За неспешной беседой нас не покидает ощущение, что говорим с абсолютно русским человеком. Кем он сам себя ощущает, наш новый знакомый и сам точно не знает. Но своим русским друзьям-сибирякам пытается объяснить про себя так: «Если американская культура – нечто синее, а русская – желтое, то я – зеленый».

Оцените статью
Добавить комментарий